Павел Зарослов

— Почему ты решил стать дизайнером?

— Можно сказать, что это отчасти династийная история – мой отец художник. Он знал, насколько тяжело художнику-живописцу, поэтому всё время ориентировал меня на то, чтобы стать дизайнером, - это более многопрофильная профессия. А я, не особо долго думая, потому что был ещё в достаточно нежном возрасте, поступил в Художественное училище и быстро убедился на собственном примере, что живописцы могут писать и рисовать, а дизайнеры могут еще макетировать-проектировать и делать другие занятные штучки.

— Успевал ли ты работать, когда учился?

— Да, я начал работать курса со второго. Занимался тогда созданием компьютерных игр и был как художник первым отечественным «игропоизводителем»! Одной из них была игра, на сегодняшний день безумно примитивная, – «Провинциальный игрок», вся рисованная, стилизованная под мультипликацию, и я считался её главным художником!

— Павел, ты работаешь дизайнером уже более 10 лет. Ни разу не пожалел о выбранной профессии?

— Нет, я ни разу не сомневался, тем ли я занимаюсь или нет. Дизайн – это такая сфера, где очень много всяких разных «подсфер», профилей, и скучно мне никогда не бывает!

— А у тебя тогда какой профиль?

— Промышленная графика! Это всевозможный фирменный стиль, логотипы, оформление полиграфии, иллюстрация. В качестве творчества ещё занимаюсь костюмом. Более того, пару лет назад был вариант устроиться на здешнюю трикотажную фабрику дизайнером. Но, будучи безумно непоседливым человеком, я решил не погружаться в технологию, и не стал этим заниматься.

— А для кого ты уже разрабатывал одежду?

— Это просто творческие разработки, уходившие к людям, которым они нравились. Есть, правда, и несколько индивидуально пошитых костюмчиков! Но мне не хочется это ставить на поток. А то выходишь в тираж, и становится неинтересно. А мне хочется делать вещи авторские.

— Насколько я знаю, ты ещё работаешь преподавателем в Художественном училище?

— Да, но я пытаюсь подходить к этому процессу не с таких канонических позиций «преподаватель-ученик». Стараюсь преподавать более демократично, легко, если на то пошло. Я же в конце-концов молодой паренек, поэтому достаточно доходчивым языком и объясняю (смеётся).

—Скажи, как тебе, творческому человеку, служилось в армии, и чему ты научился, будучи там?

—В армии я научился работать быстро и в гигантских масштабах! Например, ко мне приходили военные чины и говорили: «Рядовой, нужно сделать к послезавтра плакат масштабом метра 3 на 4». Тут начинаешь думать, как же выполнить такой объём за такое короткое время. Но на самом деле, это очень хорошая производственная практика!

—Сейчас многие называют себя дизайнерами. В твоём понимании настоящий дизайнер – это кто?

—В первую очередь, человек, умеющий рисовать и выразить сам свое видение. Быть просто творческим человеком не достаточно. Нужно быть довольно многогранным с точки зрения создания. Тем более, основные понятия дизайнера выходят из основных понятий художника. Просто дизайнер – это сфера промышленная, в которой люди больше зарабатывают.

—В Ярославле много работает настоящих дизайнеров?

—В Ярославле работает много дизайнеров. И большинство из них, увы, дилетанты. Студенты какие-нибудь, компьютерщики… Если бы в этой нише работало больше специалистов, у нас был тогда совсем другой качественный уровень.

—За 10 лет работы какой у тебя был самый масштабный проект?

—Из таких более серьёзных, и дизайнерским он был только отчасти, это создание кафе «AIR» года 4 назад. В некоторой степени эта идея была навеяна столичными демократичными местами и их составляющими: интерьер, имидж, музыкальное оформление, дизайнерские фишки, полиграфия, собственное позиционирование.

—Ты работаешь только в нашем городе, или твоя профессиональная деятельность выходит за рамки Ярославля?

—Я работаю ещё с несколькими московскими изданиями в качестве иллюстратора. С уверенностью могу сказать, что перебираться никуда не хочу. Думаю, у нас есть потенциал для развития. При нынешнем уровне - очень чахлом - есть над чем работать.

—Скажи тогда, на сколько развита наша культура по сравнению со столичной?

—Столичная культура более подкована с точки зрения менеджмента. В плане продвижения, пиара, раскручивания работ - они идут на 100 очков вперёд. У нас в этом отношении почти нет никакого рынка, соответственно - нет спроса и предложения. Бывает, и не делают того, что может быть потенциально кому-то интересно. В Москву, кстати, многие приезжают из Ярославля и там проявляют себя более успешно. Это, скорее, вопрос коммерции и пространства. Сейчас у нас в принципе нет мест, которые бы позволяли себя как-то показывать молодому художнику.

—Тогда коммерческий вопрос: дорого ли стоит работа дизайнера, в частности твоя?

—Если мне очень интересна работа, то я вообще могу её сделать бесплатно. Маленький пример - роспись фойе «Лавки подарков» - абсолютный альтруизм. Есть какие-то определённые профессиональные расценки, но они, как ни странно, везде разные. Единственное, у меня существует собственный моральный момент – за работу, которая делается достаточно легко, не беру какую-то ужасно накрученную цену, как это делают многие мастера. Могу сказать – я не дорогой художник.

—Проводились ли выставки твоих картин?

—Да, была персональная год назад в «Арс-форуме», называлась «Каракули Павла».Шутка в том, что родилась она неожиданно – я её не планировал. Были ещё и всевозможные «солянки» в Костроме, в нашем городе. Там всё просто - предоставишь работу, а она где-нибудь висит-болтается. Я долгое время не участвовал в выставках. Более-менее выставляться стал где-то года 2-3 назад. Во всех этих «крутых» выставочных залах есть своя политика, которая блюдётся администрацией, не желающей выходить за какие-то рамки. Поскольку я со своими работами явно нахожусь вне этих рамок, то не выставлялся. А вот всякие «сборные солянки» по большому счёту ни чему не обязывают: приносишь работу, она там висит – и слава богу!

—Среди художников и дизайнеров у тебя сеть свои кумиры?

—Кумиров нет однозначно! Есть, скорее, авторитеты, и в первую очередь, среди графиков. Их много: Доре, Дюрер, Цорн, Цилле, Бидструп. Наши замечательные Билибин , Бакст, Пахомов, Сойфертис, Ефимов. Есть ещё отличная, на мой взгляд, школа рисования комиксов во Франции. Там работает крайне любопытный для меня художник Жан Жиро. Я сейчас отчасти под его влиянием и многие рисунки делаю от «насмотренности» его работ.

—Несколько банальный вопрос, но всё же - откуда ты черпаешь вдохновение?

—Сфера художников не питает точно. Природа – постольку-поскольку…. А так - ото всюду! Больше меня вдохновляют окружающие вещи, среда, в которой я пребываю, объектов для вдохновения – миллион, но воспринимается всё по-разному.

—Бывает такое, что работа просто не идёт…

—Конечно! В таком случае я занимаюсь чем-нибудь другим. С творчеством торопиться нельзя. Нужно просто уметь отвлечься. Многие этого делать не умеют и выдают каждый раз абсолютно одинаковые «продукты». Нужно отвлекаться, иногда даже сбиваться – и это процесс для роста, для видения себя.

—А у тебя было такое, что ты сделал работу, а заказчику она не понравилась, хотя ты её считал совершенной?

—Конечно! Так бывает часто, и это очень приятно – как-то тешит осознание того, что ты такой гений непонятый (смеётся). Я пытаюсь быть хитрее: если заказчик ставит какие-то рамки, я из них выпрыгивать особо не буду, но в этих рамках я сделаю так, что он не придерётся к тому, что что-то своё я всё равно вверну! В конце-концов я сделаю просто красиво.

—Ты подписываешь свои работы?

—Не всегда. Мне не нравится, когда клеймо стоит на работах. Это такой торгово-рыночный штамп. Это, мне кажется, не совсем скромно.

—Скажи, такой стереотип, как вечно пьяный бедный голодный художник исчерпал себя?

—Нет, не исчерпал. Куда же он денется? (смеётся). Дело в том, что многим людям в искусстве нравится чувствовать себя такими сверхчеловеками, непонятыми гениями, которые страдают, их никто не принимает, не ценит. Мне кажется, это вещь, лестная для самих себя. А вот бухать, плакать, что его не берут на выставки – это такой момент некоторой ущербности. Есть и богатые художники, пьющие и грустные, а есть нищие, но весёлые художники. Так что стереотип не на всех распространяется.

—Что дал тебе Союз дизайнеров как художнику?

—Корочки и статус, профессиональный престиж. Но я не отношусь к этому по-звериному серьёзно, чтобы на каждом шагу кричать, что я член Союза дизайнеров. Это такая бумажка, которую сегодня можно показывать заказчикам, чтобы они подумали «Вау! Я не зря потратил деньги!».

—Есть планы на будущее или предпочитаешь плыть по течению?

—Да я не особо прогнозирую. Просто есть цель - интересно жить и работать! Конечно, в дальнейшем я вижу, что буду такой матёрый мужик, с большим пузом и бородой, уважаемый и почитаемый (смеётся).

—На последок – твои пожелания или даже назидания начинающим художникам-дизайнерам?

—Заниматься тем, чем интересно, и не размениваться из-за денег на всякую муру!